— Я и сам хотел предложить, — перебил я.

— Прекрасно, — вмешался Учитель, пряча в портфель блокнот и диктофон, которого я раньше не заметил. — Если вы останетесь здесь, мне не надо будет искать вас в случае чего…

— В случае — чего? — спросил я с нажимом. Следователь не ответил.

— До свидания, — сказал он, направляясь к двери, — постарайтесь уснуть. Поговорим утром.

— Там, на кухне, ваш сотрудник, — напомнил я.

— Арье? Он останется здесь, — кивнул Учитель. — Надеюсь, для него найдется чашка кофе?

— И теплая постель… — пробормотал я.

— Нет, постели не надо. — Следователь отнёсся к моим словам вполне серьезно. — Спать он не будет… надеюсь.

— О чем он тебя спрашивал? — спросил я Галю, когда за Учителем захлопнулась входная дверь.

— Ах. — Она пожала плечами. — Всякие глупости. Кто где стоял, кто что делал, кто куда выходил, есть ли в доме колющие предметы, кроме тех, что на кухне…

— В ящике компьютерного стола лежат…

— Да, — перебила Галя, — ножики нашли, конечно. Эксперт — тот, что в очках, лысый — положил их в пакеты… А этот… Преподаватель…

— Учитель, — поправил я.

— Из него такой же учитель, как из меня балерина, — поморщилась Галя. — Да, так он сказал, типа вот это больше всего подходит. И внимательно рассматривал. Держал кончиками пальцев, как экспонаты в музее.

— Нашел что-нибудь?

— Что он мог найти? — раздраженно сказала Галя и, помолчав, добавила: Нет. Если бы там что-то было, он стал бы задавать новые вопросы, верно?

Я пожал плечами. Я смотрел на меловой контур. Я не мог поверить, что Алика больше нет. Наверно, только поэтому я был относительно спокоен. Наверно, Анна Наумовна тоже не поверила, что ее сына нет среди живых, — иначе она лежала бы с сердечным приступом. Ира не поверила тоже, не говоря уж об Игоре — мальчик вообще считал отца бессмертным.