– Мой ребенок… - девушка положила руку на живот, - родится в тюрьме… Но я ничего такого не делала. Мне нужна была победа в конкурсе, и я… вложила всю душу в свой клип. А если кто-то воспользовался моим творением в грязных целях, то не моя в этом вина.

Следователь прикурил очередную сигарету, но когда услышал, что его подследственная в положении, быстро затушил ее и заявил:

– Скажете это на суде.

– Тогда Калашникову, изобретшему автомат, столько раз сто пятая грозила, мне даже сложно представить. У меня обычный клип! Освободите меня и отправьте домой! Не нужен мне ни один из этих семерых! Свобода мне дороже!

Последнее девушка уже кричала, захлебываясь в слезах. А следователь покачивался на стуле, ухмыляясь. Если он сегодня передаст дело в суд - ему выпишут премию за оперативность. Останется только найти сообщника Дельской. У девушки, вроде, немало московских Интернет-знакомых. И у кого-нибудь из них не будет алиби. Вот он и станет похитителем. Мотив? Получить выкуп от родителей и на эти деньги купить в Японии мангу.

В формулировке мотива Дудочкин не сомневался. Фанаты японской массовой культуры, как и наркоманы, готовы пойти на все, лишь бы получить очередную книжку с пучеглазыми девочками и смазливыми мальчиками на обложке. У самого Василия дочка увлекалась мангой, и он отрывал от сердца последние сто пятьдесят рублей на японские комиксы в русском переводе, что продавались в 'Доме книги'.

– Вы мне зубы не заговаривайте, Дельская, - ехидно заметил следователь, - одно изобретение другому - рознь. Автомат - боевое оружие. А клип - штука развлекательная. И вы знали, что вы делаете. Я смотрел вашу кровавую драму… это 'Проклятое сокровище'.

Катя не долго думала над названием своего творения. 'Проклятое сокровище' пришло само, стоило автору взглянуть на главную героиню клипа.