– О, я понимаю, – откликнулась машина. – Рекалибровка. – И отключилась.

Наоко закончила стрижку. Это была хорошая работа, Цуоши выглядел намного лучше. Человеку не следует забывать о своей внешности, даже если он не сидит часами в конторе. Его поккекон снова зазвонил.

– Да? – отозвался Цуоши.

– Лавровишневый лосьон после бритья. Возьми его с собой.

– Хорошо, – ответил Цуоши и обратился к Наоко: – У вас есть лавровишневый лосьон?

– Странно, что вы об этом спросили, – сказала девушка. – Он давно вышел из моды, но у нас случайно сохранилась пара флаконов.

Цуоши приобрел один и вышел из парикмахерской. Ничего не произошло, поэтому он купил журнал комиксов и уселся ждать в вестибюле. Наконец к нему приблизился лохматый блондин в шортах, сандалиях и ослепительно яркой гавайке. На плече иностранца висела камера в чехле, в руке он держал старомодный поккекон. На вид ему казалось лет шестьдесят, и это был очень, очень высокий мужчина.

Он что-то сказал по-английски своему поккекону.

– Прошу прощения, – перевел тот на японский. – У вас случайно не найдется бутылочки лавровишневого лосьона после бритья?

– Найдется, – сказал Цуоши и достал флакон. – Возьмите, пожалуйста.

– Благодарение небесам! – воскликнул иностранец, а его поккемон поспешно перевел. – Я спрашивал у всех подряд в вестибюле. Извините, что опоздал.

– Не беда, я не тороплюсь, – улыбнулся Цуоши. – Какой у вас интересный поккекон.

– Полно вам, – сказал иностранец Я знаю, что он старый и давно вышел из моды. Но я как раз планировал купить себе новый у вас в Токио. Говорят, их продают корзинами на рынке в Акиахбара.

– Верно. Какой программой перевода вы пользуетесь? Ваш поккекон вещает, как уроженец Осаки.

– Да что вы говорите? – забеспокоился турист. – И это раздражает жителей Токио?

– Ну, я не хотел бы жаловаться, но… Послушайте, я могу скопировать для вас совершенно новый бесплатный транслятор.