- Да, - подтвердила Шейла. - Я только сегодня прилетела в Дублин, а оттуда машиной прямо сюда. У меня с капитаном сугубо личный разговор, и никому другому я ничего излагать не стану.
- Ясно, - сказал стюард.
Собачка, типичный черный шпиц, с ушами торчком и блестящими умными глазами, упоенно обнюхивала у Шейлы лодыжки.
- Разрешите ваше пальто, - сказал стюард.
Новое дело! Зачем оно ему? На Шейле был твидовый жакет и юбка в тон. Она протянула стюарду жакет, и тот, вывернув карманы, повесил его на стул. Затем - это уже было ни на что не похоже! - быстрым профессиональным движением провел руками по ее телу. Майкл, не отворачиваясь, с интересом наблюдал за обыском.
- Не понимаю, зачем все это? - возмутилась Шейла. - Кажется, не я вас, а вы меня умыкнули.
- У нас такое правило со всеми незнакомыми посетителями, - сказал стюард. - Быстрее и надежнее, чем устраивать допрос. Ты хорошо сделал, повернулся он к Майклу, - что привез барышню сюда. Когда капитан прибудет, я ему доложу.
Майкл ухмыльнулся, подмигнул Шейле, шутливо взял под козырек и вышел, прикрыв за собою дверь.
- Прошу за мной, - сказал стюард.
С тяжелым сердцем, проводив взглядом Майкла, который теперь в ее глазах из возможного насильника превратился в союзника, Шейла последовала за стюардом- мажордомом (увы, отнюдь не Мальволио!) в дальний конец коридора, где, распахнув перед ней дверь, он ввел ее в просторную комнату.
- Сигареты на столе у камина, - объявил он. - Если что понадобится, звоните. Кофе желаете?
- Да, пожалуйста, - сказала Шейла.
Если придется сидеть без сна всю ночь, кофе не помешает.
Комната выглядела уютно. Синий ковер застилал пол от стены до стены. Банкетка, два глубоких кресла, у окна - большой письменный стол. На стенах фотографии боевых кораблей. В камине ярко пылают сложенные костром поленья. Обстановка показалась Шейле знакомой. Она напоминала что-то уже виденное давно, в детстве. И вдруг Шейла вспомнила: да это же каюта капитана на "Эскалибаре", каюта ее отца. Мебель, расстановка - все в точности такое же. От этой до боли знакомой обстановки ей стало не по себе - словно она шагнула в свое прошлое.