Я был потрясен. Дело стало принимать серьезный оборот... Очень серьезный!

- Подпольный склад?! Где? Пока не вспомнишь, где - не выпущу! - вполне официально заявил я ей.

- Давай будем все делать по порядку. Открой дверь.

Я на всякий случай достал пистолет, отпер дверь и пропустил ее вперед, наставив на спину дуло. Она зашла и в задумчивости остановилась перед широким столом, заваленным пистолетами, ножами, кастетами, автоматами и гранатами с прикрепленными к ним бирками. При виде оружия ноздри у нее слегка расширились, как у охотничьей собаки при виде дичи. Лицо ее заметно заострилось и приняло целеустремленное выражение. Секунду поколебавшись (для вида?), она взяла со стола ручную фугасную гранату и легким изящным движением кисти опустила мне в карман кителя.

- Ты что?! - слегка удивился я.

- Возьмем с собой на Чистые пруды.

Я только хмыкнул в ответ. Неужели, она думает, что я повезу ее прямо сейчас на Чистые пруды?! Хотя, "вай нот", как говорят американцы. Не так уж и плохо самолично раскрыть крупное преступление. Засиделся я что-то на одной ступеньке служебной лестницы...

Вслед за этим она прицепила мне на пояс шитый причудливыми псевдо-индейскими узорами кожаный чехол с длинным широким тесаком, типа "Рэмбо".

- Тебе идет, - мило улыбнулась она, будто рассматривала на мне обновку в примерочной. - А веревки нет, случайно? У меня была веревка...

- В кабинете в столе есть катушка с толстой леской.

- Тогда пошли. Мне все равно сумочку забрать надо. А тебе - переодеться.

- Зачем? - спросил я. Мне было интересно, что она ответит.

Она закатила в потолок глазки, типа "глупенький какой":

- Пойдем уже, горе ты мое!

Вот так. Вот так я оказался "ее горем". Цирк, да и только!

7. Над кукушкиным гнездом (сержантский апокриф)

Погоди, Мастер, отдохни, дай мне сказать, я ведь тоже не тварь какая бессловесная. А если сейчас не расскажу, как все было, так никогда и не узнаешь.