«Ну и для чего, скажите на милость, нужна была вся эта секретность? — с горечью подумал Хант. — Сколько трудов и усилий положено ради того лишь, чтобы перед самым финишем уткнуться носом в грязь, да еще не по своей вине, а по капризу матушки-природы!» А ведь начало путешествия отнюдь не предвещало никаких неприятностей. Море было спокойным, а на запросы встречных судов «Принцесса» не отвечала по причине отсутствия на борту даже самой примитивной радиоаппаратуры.

Капитан бросил исполненный последней надежды взгляд на экран установленного перед самым отплытием из устья Янцзы радара, но тот оставался девственно чист — никаких судов в радиусе пятидесяти миль не наблюдалось. К тому же Юй позаботился о том, чтобы они даже SOS подать не могли...

Дверь в рубку неожиданно отворилась, и в проем бочком протиснулся тучный генерал. Его обычно мучнисто-белое лицо заметно позеленело; к губам он прижимал испачканный носовой платок.

— Что, морская болезнь замучила? — не без ехидства осведомился Хант.

— Проклятый шторм! — простонал Юй. — И когда только он кончится?!

— Понятия не имею. — Капитан пожал плечами. — Могу только сказать, что вы оказались неплохим пророком, генерал.

— О чем вы говорите? — изумился тот.

— О том, что на дне мы с вами будем лежать рядышком. Потерпите, ждать осталось недолго.

Гэллахер белкой взлетел по трапу и пустился бегом по коридору к своей каюте. Он отнюдь не паниковал: каждое его движение было строго выверенным, в глазах сквозила решимость и холодная целеустремленность. Ирландец точно знал, что собирается сделать. В течение всего плавания он держал каюту запертой. Но сейчас его больше не волновали такие мелочи, поэтому он не стал возиться с ключом, а попросту вышиб дверь мощным пинком.