Колеса стучали по каменной мостовой.

— Неподалеку есть одно местечко, — немного помолчав, сказала она.

— Полянка с цветами и травкой, рядом журчит ручей…

— Я должен успеть на звездолет.

— У вас еще два часа до старта. Второй час вы проведете в кресле в здании космопорта, отдыхая перед полетом и вспоминая обо мне.

Я покачал головой.

— Вы сказали, что синьор многому научил вас. Меня тоже.

Ее нога коснулась моей.

— Мне жаль, — сказал я, — но есть еще кто-то.

Это была неправда, но в таком положении, как мне казалось, она была лучшим выходом из положения.

— Кто-то, кому я не могу изменить, если хочу сохранить душевный покой.

Девушка промолчала.

Лили подвезла меня к входу в космопорт и помогла перенести багаж на транспортную ленту. Когда мои чемоданы уехали в здание космопорта, она легко вскочила в экипаж, стегнула лошадь кнутом и через минуту грохочущая повозка скрылась в облаке пыли.

У входа в космопорт робот-уборщик почистил от этой пыли мою одежду рычагами-щетками.

Как я и надеялся, в запасе оставалось около двух часов. Я провел их, листая журналы и разглядывая горы, которые вынужден буду вскоре покинуть.

— Внимание! Пассажирам, вылетающим в систему Сол и Вега, просьба пройти к стойке номер пять! До отлета остается пятнадцать минут!

Я не спеша поднялся и направился к пятой стойке, и вдруг остановился, как вкопанный. Ко мне двигалась знакомая по фотографиям фигура.

— Сэр!

Это звучало раскатисто: «Сэээээррррр!», с интонацией, наводившей на мысль о звуке, который мог бы издать хоботом пьяный слон.

— Сэр!

Большой живот был обтянут камзолом с гранатовым поясом шириной в мою ладонь.

— Сэр! Ваши туфли! Они у меня!