- Здесь воспроизведена атмосфера Марса,- пояснил магистр.- Вернее, она была марсианской, но теперь, в ходе эксперимента, параметры ее значительно изменились. Не земная, пока еще нет, но ей вполне можно дышать, при определенной привычке, разумеется. Ну вот, коллега Орсенева сейчас выйдет.

Санитарный ответственный тоже посмотрел в окошко, но ничего не сказал. Он вообще помалкивал при Семеняко. Нужно учесть.

Послышался приглушенный шум - за стеной, в боксе. Или в шлюзе? Наконец, дверь отворилась.

Халат на Орсеневой был явно непарадный: мятый, жеваный и несвежий. Мы тут дело делаем, вот так-то. И сама хозяйка лаборатории производила впечатление уставшей, измотанной женщины.

Впечатление? Чушь. Она на самом деле была такой.

- Орсенева, - рука её дернулась навстречу, на полпути замерла, и уже волевым усилием протянулась в приветствии. Обычное дело при встрече со штатными служащими Департамента безопасности. Спинной мозг, подкорка, лобные доли коры.

- Капитан Шаров, - представился он. - Мне нужно поговорить с вами.

- Пройдемте в мой кабинет,- предложила Орсенева.

Кабинет оказался в смежной комнате.

- Пожалуй, ответственному лучше остаться здесь, - магистр небрежно показал на Зарядина.

- Пожалуй, - согласился Шаров. - А также и вам.

- Я тогда пойду к себе, - товарищ директора по науке не обиделся.

Вдвоем с Орсеневой они прошли в кабинет.

- Чем могу быть вам полезна? - спросила она, едва они уселись на стулья. Неважные, кстати, стулья.

- Мне необходимо знать, что произошло в экспериментальном поселке. Насколько я понял, лучше вас никто об этом не расскажет.

- Это режимные сведения.

- Я и сам режимный человек, Лидия Николаевна, - Шаров показал свое генеральное удостоверение. - Убедились?

- Вполне, капитан. Собственно, эпизод произошел из-за технических накладок и к нам прямого отношения не имеет.

- Вот как?