— Да что вы с Шасо знаете о вивернах? — возмутился Баррик. — Они ведь не скачут по горам каждый день. И на коров не очень-то похожи.

Он все время тер покалеченную руку, даже не пытаясь скрыть боль. Бриони решила, что это плохой знак. Баррик выглядел совсем измученным: он так похудел, что его тело казалось пустой оболочкой, а синие круги под глазами углубились и потемнели. Бриони подумала: не начал ли он снова ходить во сне? От этой мысли ее бросило в дрожь. Они жила в Южном Пределе с рождения, но так и не привыкла к запутанным гулким коридорам замка, пугавшим ее по ночам.

Бриони заставила себя улыбнуться:

— Конечно, на коров они не похожи, дурачок! Помнишь, о чем главный егерь спрашивал Чавена перед отъездом? Шасо сказал, что однажды виверна уже приходила к нам — во времена дедушки Остина. Она убила трех овец на ферме в Лендсенде.

— Трех овец?! Какое жуткое чудовище!

Лай собак стал оглушительным, и теперь уже обе лошади нетерпеливо приплясывали на месте. Кто-то трубил в охотничий рог, но звуки были едва слышны за деревьями.

— Они что-то заметили, — возбужденно произнесла девушка. — Помоги нам, Зория! Только бы эта тварь не покалечила наших собак!

— Не покалечила собак? — переспросил Баррик. Он поморщился и отбросил со лба прядь темно-рыжих волос.

Бриони и вправду беспокоилась о собаках. Двоих псов, Рэка и Дадо, она растила со щенячьего возраста, и для королевской дочери они были куда ближе и понятнее, чем большинство людей.

— Поскачем, Баррик, пожалуйста! Я буду ехать медленно, но не оставлю тебя здесь одного.

Насмешливая улыбка моментально исчезла с лица юноши.

— Даже с одной рукой я легко обгоню тебя.

— Ну, давай! Кто кого? — рассмеялась девушка и понеслась вниз по холму.

Бриони очень хотела успокоить брата и прогнать его раздражение. Она знала, что только азарт погони способен согнать с его лица холодную маску гнева. Бриони оглянулась на скаку и почувствовала облегчение: Баррик уже нагонял ее. Он был похож на бледную тень в траурных одеждах. Впрочем, брат всегда так одевался.