— Герцог Гейлон, я знаю, каким концом бросают копье.

— Но это занятие не для принцессы, а чудовище поистине ужасно! — не сдавался Гейлон.

— Тогда вам придется первым прикончить его, — ответила девушка чуть тише, но не менее решительно. — Потому что, если оно окажется рядом со мной, дальше ему уже не пройти.

Баррик заскрипел зубами, потом подозвал загонщика. Он взял копье и неловко зажал его под мышкой, поскольку рука его сжимала поводья.

— Что ты задумал? — спросила Бриони.

— Раз уж ты решила повалять дурака, соломенная твоя башка, кто-то должен тебя защитить.

Гейлон Толли посмотрел на них, покачал головой и поскакал к окруженному собаками Кендрику.

— Боюсь, герцог не очень нами доволен, — улыбнулась Бриони.

Откуда-то издалека донесся голос главного оружейника. Он выкрикивал имена Бриони и брата.

— Да и Шасо не обрадуется, — добавила принцесса. — Вперед!

Они пришпорили коней и понеслись. Собаки почувствовали рядом вооруженных копьями людей и вновь осмелели. Несколько псов нырнули в заросли, чтобы напасть на мечущееся красноватое существо. Бриони увидела, как тварь молниеносно повернула длинную шею, словно в воздухе мелькнул хлыст. Тут же одна из собак завизжала: ее схватили острозубые челюсти.

— Поспешим! — воскликнула Бриони, огорченная гибелью собаки и возбужденная охотой.

Она снова почувствовала, что вокруг нее, словно зимние тучи, собираются невидимые существа, и помолилась Зории.

Теперь собаки ныряли в заросли одна за другой. Лавина стелющихся по земле тел втекала в просветы между деревьями.

Псы лаяли возбужденно и испуганно, раздавались вопли боли, но вдруг послышался странный душераздирающий рев виверны: одна из собак вцепилась зубами в чувствительное место. Лай гончих сразу же стал оглушительным. Зверь пытался пробиться сквозь свору и вырваться из плена деревьев. Раздавив когтистой лапой одну из собак и убив еще нескольких, виверна схватила очередную жертву и так яростно стала трясти ее, что кровь алым дождем брызнула во все стороны. Наконец тварь разорвала кольцо нападающих псов, выскочила из зарослей на открытое, залитое солнечным светом пространство, и Бриони увидела ее целиком.