— Этот парень как ястреб. Расслабишься на минутку — он тут как тут, — услышал Вансен негромкую жалобу одного из стражников.

Феррас уже миновал караульное помещение, однако далеко отойти не успел, когда услышал эти слова. А ведь даже не наказал солдат, застав их без оружия за игрой в кости. Только резко высказал свое недовольство.

Он вернулся. Стражники смотрели на него виновато и обиженно.

— Если бы вместо меня пришел комендант Броун, вы бы отправились назад в крепость, но уже в цепях. Подумайте об этом, ребята, — сказал им Вансен.

Когда он уходил, за спиной больше не было слышно ни звука.

«Они могут или любить тебя, или бояться», — наставлял Вансена бывший капитан Донал Маррой. Маррой предпочитал вселять в солдат страх, раздавая им оплеухи за наглость и медлительность. Когда Вансен занял его должность, он надеялся заменить страх уважением. Сейчас, после года службы, он начал понимать, что старый коннордиец не ошибался. Большинство воинов по молодости лет пороха еще не нюхали, и им было трудно поверить, что сон на дежурстве или отсутствие на посту могут погубить не только их самих, но и тех, кого они призваны защищать.

Иногда и сам Вансен с трудом в это верил. Маленькое королевство находилось на окраине мира, с севера его окружали зловещие туманные горы, а со всех остальных сторон — океан. В иные дни казалось, что ничто здесь не меняется, разве что направление ветра или погода: сыро, потом посуше, потом снова сыро; ласковый бриз после жестокого шторма, и наоборот. Такие перемены лишь утомляли жителей каменистого кусочка суши по соседству с океаном.

Замок Южного Предела был огражден двумя стенами. Высокие, гладкие, сложенные из серовато-белого отполированного гранита, они кольцом обводили холм, а в некоторых местах шли прямо по воде. Таким образом, неприступная каменная ограда и воды залива Бренна превращали бывший остров в крепость, способную выдержать любую осаду. Новая стена (ее называли Новой, хотя никто не помнил того времени, когда эту стену еще не построили) соединяла все башни времен года, кроме башни Лета. Старая стена окружала самое сердце крепости: Тронный зал и королевские покои. Эти гигантские помещения с бесчисленными переходами и залами, как в муравейнике, были столь древними и запутанными, что в некоторые их закоулки годами не ступал ни один человек.