— Может присядете?

Две пожилых дамы улыбнулись Прю, и указали на соседний диван. Прюденс поприветствовала их, но садиться не спешила, не зная как отказаться.

— Может потанцуем, леди? Я бы очень хотел разделить с вами этот последний танец, — высокий светловолосый мужчина в черном фраке подошел к девушке, подавая руку. Прю тонко улыбнулась, и пошла в танец, даже не обернувшись на старух. Пожилые дамы провели их длинным, злым взглядом, и встали с кресел.

— Если ты была бы девочкой, А я был бы мальчиком — Если было бы так… Мы были ими, мы были иными… Я дарил цветы, а ты мне свои поцелуи.

Пианист запел. Он имел красивый, глубокий баритон, и плавная мелодия фортепьяно усиливала впечатление от голоса.

— Меня зовут Лукан, — тихо сказал мужчина Прюденс, покачиваясь в танце вместе с ней, — а вас?

Его рука скользнула чуть ниже талии.

— Прю… Меня зовут Прю, — просто сказала девушка, наслаждаясь танцем.

Рука Лукана скользнула еще ниже. — Как вы считаете, может мы проведем вечер… а возможно и ночь в другом месте?

Он снова улыбнулся, но в этой улыбке уже не чувствовалось прежней скованности.

Прюденс тихо вздохнула.

— Да, я бы…

— Прюденс, дорогая!

Громкий голос раздался за спиной у танцующих. Прю повернулась. Лукан тут же отпустил ее.

— Прюденс, дорогая! Ты снова здесь! Как же хорошо, что я тебя сегодня встретила!

Голос дамы был гулким и сочным. Это была крепкая старуха, c тяжелой челюстью и темными, похожими на маслины, глазами. Черные волосы блестели и были тщательно уложены. Они выглядели неестественными, и казалось, что это парик.