«Сосредоточься, — велела себе Шайлер. — Прислушайся. Услышь его шаги».

Она закрыла глаза и постаралась почувствовать парня, вычленить в толпе присущий лишь ему запах, припоминая сочетание кожи и запаха одеколона, исходящего от его шарфа, попыталась восстановить в памяти его вид — как будто он сию секунду вышел из сверкающего нового гоночного автомобиля. Вот он! Шайлер отыскала беглеца; тот стоял на дальнем краю дворика.

На этот раз она не постеснялась использовать свою скорость и силу. Девушка помчалась так быстро, что ей казалось, будто она летит, и, как и в прошлый раз, погоня привела ее в восторг. Сейчас она была даже сильнее, чем в прошлый раз, когда гналась за женщиной, выглядевшей в точности как ее мать, Шайлер чувствовала это. Она была уверена, что поймает парня.

Он все дальше углублялся в сад. Здания постепенно становились более современными, и очертания их делались почти пугающими. Она промчалась сквозь здание, построенное целиком из стекла; на стенах его были выгравированы слова и имена. Другое строение было сооружено из пластиковых труб, ярких и светящихся, как леденец. Она заметила, как парень исчезает внутри.

В павильоне было темно. Произведения искусства располагались внизу, и от зрителей их отделял стеклянный пол. Во всяком случае, Шайлер предположила, что это были произведения искусства, но видела она лишь копошащуюся массу игрушечных роботов, со скрежетом карабкающихся друг на дружку, озаряемых вспыхивающими в темноте красными, синими и зелеными огоньками.

Шайлер ощутила движение и заметила краем глаза, как парень быстро выглянул из двери на противоположной стороне павильона.

— Стой! — крикнула она во всю силу легких.

Парень взглянул на нее, улыбнулся и снова исчез.