– Ну хорошо, на кой черт ты меня, собственно, разбудил? — спросил Берналь, еле сдерживая раздражение.

– Я направил телескоп на некий объект, который тебе, полагаю, будет интересно увидеть.

– Не тяни. Что это было?

– К счастью, я предусмотрительно сохранил в памяти ряд изображений, зафиксированных в течение последних трех дней, так что мне удалось создать довольно увлекательный голографический…

– Есть что показать — показывай! — рявкнул Берналь.

В полуметре перед лицом Берналя скрестилось несколько тоненьких лазерных лучей. Вначале они сплелись в неказистый белый кокон. Спустя секунду возникло трехмерное изображение — что-то вроде тернового венца.

– Интересно, он большой?

– Судя по показаниям сенсоров, масса объекта составляет семь миллионов тонн.

Берналь удивился — по первому впечатлению «венец» показался ему совсем крохотным. Но тут же вспомнил, что, по словам АльтерЭго, на создание удовлетворительного трехмерного изображения ушло три дня — немалый срок для такого мощного компьютера.

– Как ты сказал, какие там у него размеры?

– О размерах я еще не говорил. Полагаю, радиус — около восьмидесяти километров.

– Боже! Это что, ахейский корабль?

– Я придерживаюсь следующего мнения: будь это один из кораблей, весь их флот уже несколько лет различали бы с Сирруса. Следовательно, это и есть флот, состоящий из отдельных, соединенных между собой компонентов.

Берналь уставился на голограмму:

– Можешь вычленить какие-нибудь повторяющиеся формы? Блоки?

– На этот вопрос я и надеялся, — Берналь отчетливо расслышал в голосе ИскИна самодовольные нотки. — Собственно, потому я тебя и разбудил.

Голограмма морфировала, превратившись в нечто, более напоминающее обычный звездолет. Берналь рассмотрел объект внимательнее. Да, звездолет — только весьма странный.