- Никто не будет жить вечно, если только я его не съем.

Мин недовольно поморщилась и перевела разговор на другую тему:

- А что насчет Центра? Ты уверена, что там никто ничего не подозревает?

- Ну, какие-то подозрения у них, безусловно, имеются, - призналась Урубу. - Поэтому они и установили повсюду проволочные заграждения, а мы вынуждены с утра до вечера разыскивать подслушивающие устройства и моделировать правдоподобные записи. Они, видишь ли, убеждены, что у нас тьма-тьмущая шпионов, которые способны похитить людей, занимающих важные посты, и заменить их нашими дубликатами, неотличимыми от похищенных оригиналов. Правда, компьютеры уверяют их, что процессы, происходящие в мозгу, уникальны, и скопировать их невозможно, но из-за этой "шпионской" теории всем бойцам МСС, а также охранникам Центра и администраторам, особенно тем, кто имеет право лицезреть Святую Ламу, вживлен контрольный имплантант. Я едва не упустила это из виду, когда абсорбировала свое нынешнее тело. К сожалению, иногда я бываю не очень внимательна, и тогда мои клетки автоматически исключают чужеродные объекты. К счастью, в тот момент я еще не начала преобразование интеллекта, и успела сообразить, что к чему. В следующий раз я буду начеку. Они убеждены, что теперь нам не удастся похитить кого-то на время, достаточное, чтобы создать дубликат и не вызвать тревоги. В чем-то они правы.

Если кто-то пронюхает о моих способностях, меня нейтрализуют в два счета.

- Поэтому-то я и волнуюсь, - мягко сказала Бутар Киломен. - Без тебя даже четыре кольца ничего не стоят. Ты - наш последний козырь.

Урубу села на хвост и вздохнула:

- Я вижу, вы недооцениваете себя. В самом начале так еще можно было сказать, но сейчас я отнюдь не уверена, что кого-то из этой компании удастся обмануть.

Она резко хлопнула в ладоши и выпрямилась, насколько позволяло ей чанчукианское туловище.

- Вперед! Мин, разбуди Чин и скажи ей, чтобы выскакивала хвостом вперед.