Ночью я спал плохо, неудобные узкие деревянные нары и отсутствие одеяла – а в бараке было довольно холодно – долго не давали мне заснуть. Только под утро я провалился в забытье, больше похожее на явь, чем сон.

– Макс, вставай! – раздался надо мной громкий голос. Громкий настолько, что не обратить на него внимания я просто не мог. Слегка повернув голову, которая была как будто из чугуна, я приоткрыл глаза. Надо мной стоял Рон и красноречиво постукивал по руке свеженьким толстым прутом.

– Рон, ты сдурел? – слабым голосом произнёс я. – Мы ведь только вчера приехали!

– И что теперь? – удивился нубиец. – Будущий месяц не заниматься? Быстро вставай, иначе я тебя подниму.

Понимая, что его угрозы вполне реальны, я открыл глаза и с трудом уселся на нарах. Тело от холода и жесткого лежака затекло и плохо слушалось.

– Вот как раз и разомнёшься, – ухмыльнулся Рон, увидев моё состояние.

Недовольно ворча, я под аккомпанемент шуточек Рона попёрся на пробежку, затем на растяжку и силовые упражнения, а финалом моих утренних мучений стал спарринг с нубийцем.

Загоняв меня до «жёлтых мушек» в глазах, он отстал от меня тогда, когда я просто уронил на землю копьё, не в силах его больше держать.

– Обессилел ты, брат, – недовольно поцокал он языком. – Теперь, когда рядом никого нет, я, пожалуй, займусь тобой всерьёз.

– Куда уж ещё-то больше? – с трудом пробормотал я, выплёвывая клейкую слюну.

– Иди мойся, через десять минут начнется собрание, – сделав вид, что не услышал моих слов, велел нубиец и сам направился умываться к бочонку с водой.

Вспомнив, что вчера назначил собрание на раннее утро, не догадавшись, что самому придется вставать ещё раньше, я ругнулся. «Нужно идти, – поднимаясь с колен и доставая чехол для копья, подумал я, – нехорошо опаздывать на первое общее гномье собрание».