— Это я знаю. Но если б тебя позвали в Бенден-Вейр, неужели ты бы отказался?

— Ну… — попытался увильнуть от ответа Петирон. — Конечно, я не стал бы отказываться от столь высокой чести… Но ведь далеко не каждому из избранных во время Поиска удается запечатлить дракона.

— Они оба запечатлили зеленых, — сообщила Мерелан.

— Значит, они и вправду счастливчики.

— Но ни один из них никогда бы не стал хорошим арфистом, — сказала Мерелан и подмигнула мужу.

— Это нечестно, Мер, — холодно отозвался Петирон.

— А ты попробуй немного подумать над этим, дорогой, — отозвалась Мерелан и вновь принялась складывать выстиранное и высушенное белье.

* * *

Когда Петирон узнал, что Мерелан учит Робинтона плавать, его чуть не хватил удар.

— Да он ведь только начал ходить — куда ж ему плавать?! — возопил Петирон.

— Все наши дети учатся плавать на первом году жизни, — невозмутимо сообщила ему Сегойна. — И лучше учить ребенка еще до того, как он начнет ходить, — пока он еще помнит, как плавал в чреве матери.

— Что-что он помнит?!

Мерелан предостерегающе дотронулась до руки Петирона. Тот словно окостенел от потрясения — так на него подействовала мысль об опасности, которой только что подвергался его сын.

— Это чистая правда, — сообщила Сегойна. — Хочешь — когда вернешься, спроси сам у кого-нибудь из цеха целителей.

Петирон отпрянул, а Сегойна доброжелательно добавила:

— Сейчас — самый подходящий момент напомнить ребенку то, что он умел в материнской утробе. Так и нам меньше беспокойства, когда он подрастает, — мы-то живем у самого моря.

Она указала на лестницу, ведущую к пляжу, где легкий прибой вырисовывал узоры на безупречно белом песке.

— У нас существует такая традиция: парню требуется нырнуть в море вон оттуда, если он хочет доказать, что он — мужчина, — Сегойна показала на мыс, высоко вознесшийся над водой.