– Чужой! Там чужой! О Господи, там, там, там!

– Где? – в сотый раз спрашивал Клай, держа её за руки, а она всё билась и вопила, и у него страшно болела голова.

С Марса они уехали на четыре дня раньше, чем истекал срок тура. В космолёте Матильда сидела скрючившись, ткнувшись головой в поручень – перед нагрузками стюардессам пришлось силком распрямлять её и прикреплять к сидению ремнями.

Дома ей полегчало. Правда, ненадолго.

– А на Венеру? Может, на Венеру? Там очень солнечно в это время года.

Контрольный. В голову. Два контрольных, как обычно. И… где тут был слот ручной бензопилы? Клай жаждал крови.

На Венере, впрочем, оказалось хорошо, лучше, чем на Марсе. Он даже не ожидал. Автоматов было больше, и напитки в баре – действительно местные, колоритные, а вставляло-то от них! Матильда дневала и ночевала в обсерватории: оказалось, это очень успокаивает. Клай уже расслабился было, когда она записалась на курсы космического дайвинга. После первого же сеанса у неё случился приступ клаустрофобии с припадком удушья. И опять кошмары. А ведь Клай только-только распробовал местный глинтвейн.

– А вы не пробовали методы виртуального лечения?

– Пробовали. Мать вашу перемать.

– Мы могли бы спроектировать несколько моделей гипотетического «чужого», о котором говорит ваша жена. С возможностью полного уничтожения. Матрица её сознания…

– Я спросил, есть ли у вас слот ручной бензопилы, мать вашу перемать. Только это.

– Хорошо, хорошо, я просто хотел… Почему вы так волнуетесь? А вы сами не пробовали обследоваться?

Контрольный. Два. Три, четыре, пять.

Интересно, почему в вирт-магазинах нет слотов продавцов этих самых слотов? Пользовались бы бешеным успехом…

Потом был Уран, там – какое-то особое грязелечение. Они удалялись всё дальше и дальше от Земли. Клай не понимал, зачем выкидывать такие бабки на то, что можно получить и дома, и отчаянно тосковал по старушке-голубенькой. Тоскуя, почти машинально приударил за одной шерочкой с Альфа Центавры. Шерочка была вполне гуманоидная, во всяком случае в тех местах, которые интересовали Клая, но весь сеанс его не покидало ощущение, что он трахается с пингвином. Нет, с пингвинёнком. Самочкой, пухленькой и косолапой. Он её почти любил.