— С ума сойти. — Руди помахал им в ответ, а затем, пригнувшись, подлез под изгородь. Альда неловко последовала за ним, глядя на волнистую морщинистую поверхность этой странной белесой растительности. Впрочем, растительности ли? Порой Руди в этом сомневался. Изучая сланч, он не нашел ничего похожего на семена, споры, корни и стебли. Сланчу для роста как будто бы не требовалось ни воды, ни света. Он просто расползался, — шесть дюймов в высоту и дюйм в глубину, цепляясь за землю белесыми пальцами-отростками.

Опустившись на колени, Руди выдернул одно из таких щупальцев, похожее на плоскую ленту. Ощущение было отвратительное, — сухая холодная мерзость, похожая на гриб. Судя по следам вокруг, животные вовсю поедали сланч, и до сих пор ни гвардейцы, ни охотники из Убежища не заметили в лесах обилия мертвых грызунов.

И все же инстинкты предупреждали Руди об опасности. Он знал, что сланч таит в себе нечто скверное, — вот только не знал, что именно.

Он слегка сжал белесое щупальце в кулаке, пока оно не рассыпалось с приглушенным хрустом, а затем отряхнул ладони о штаны. Ингольд с огромным трудом раздобыл серу в бывшем квартале красильщиков в Гае и сумел изготовить серную кислоту, чтобы уничтожить сланч. Химия подействовала, но после этого земля стала непригодна для посевов, а сланч вырос опять через пару недель. Ради столь скромных результатов не стоило и рисковать, возвращаясь в Гай за новой порцией серы.

— Как ты думаешь, эта штуковина, о которой Майя говорил Ингольду, — Цилиндр, который он нашел в подземельях Пенамбры, — сможет чем-то помочь нам против сланча? — спросила Альда, державшаяся чуть поодаль. Она куталась в плащ, пошитый из старых платьев и занавесок.