У входа в башню я столкнулся со сторожем: хранитель городской собственности наотрез отказался пропускать меня в башню и даже попытался размахивать коротким тупым мечом, но я быстро привел его в чувство хорошей зуботычиной и забрал у него ключ от дверей. Едва я успел отпереть дверь башни, как на площади появились людомеды – наверное, целый десяток. Я услышал сдавленный крик бедняги-сторожа, заскочил внутрь первого этажа и дернул рычаг, опускающий дверную решетку. Получилось что-то вроде зоопарка, только в клетке был я, а звери любовались на меня снаружи. Били они по решетке не по-детски, толстые железные прутья начали гнуться, и я, поняв, что решетка долго не выдержит, побежал наверх, пытаясь найти выход. Выхода не было. Я поднялся на самый верх башни, но перехода в соседний бастион так и не нашел. И тогда я полез в окно, на карниз…

Дом неподалеку от меня прогорел и с треском рухнул, наполнив ночной воздух искрами. Я крепко надышался дымом, и в глазах у меня плыли радужные кольца. Еще немного – и я потеряю сознание, тогда людомедам останется только оттяпать мне голову и отнести ее Мастеру.

– «Зенит» чемпион! – прохрипел я, откашляв горькую копоть.

Сознание немного прояснилось, но чувствовал я себя более, чем скверно. Меня все больше и больше охватывало отчаяние. Бежать мне некуда, кругом огонь и эти твари. По-любому, живым мне отсюда не уйти, если только…

Ах ты, мать твою тру-ля-ля! А это мысль!

Я вспомнил, что в самом начале, когда мы только выбежали из корчмы, горели дома в центре. Значит, людомеды начали зачистку с центра города, а как они могли туда попасть? Только из какого-то открытого портала. Не с неба же они, в самом деле, свалились…

Если людомеды прошли в этот портал, значит, и я могу попробовать через него пройти. Портал – это единственный выход. Где я окажусь – вопрос десятый. Терять мне нечего. Сейчас главное спастись, не запечься до хрустящей румяной корочки в этом аду.