Я чуть-чуть подумал и сказал:

- Хорошо.

Нафталинов же ничего не ответил... Но подробности этой роковой беседы-потом. Шеф, как вы знаете, выбрал Нафталинова, а повернувшись ко мне, огорченно развел руками: ничего, мол, не поделаешь, победил достойнейший. И я ушел, не попрощавшись, потому что теперь мне было на все наплевать, и пошел прямо к Жорке изливать душу.

Все в его шестнадцатиметровом особняке было завалено изобретениями, от которых на производстве не было никакого толку. Жорка слушал меня внимательно, хотя продолжал копаться в маленьком, величиной c портсигар, приборчике. Когда я кончил, он, после не которого молчания, поднялся и сочувственно сказал:

- Не переживай. Вернешься пока в статуправление, твое время еще придет. А сейчас надо отвлечься, Я мигом.

Я возразил, что уже полдесятого и тот самый отдел в Гaстрономе давно закрыт. Жорка радостно рассмеялся, подмигнул, нажал на портсигаре какую-то кнопочку н исчез.

По правде говоря, я обиделся. Нашел время развлекаться! Эту машину, что пряталась в портсигаре, он изобрел уже три недели назад: она делала людей невидимыми, и в заводском БРИЗе ее тоже отвергли как ненужную для предприятия выдумку.

- Жорка,-сердито сказал я,-что тебе, делать нечего? Не видишь, какое у меня настроение?

Он не откликался. Я подождал немного и обозлился вконец:

- Если через минуту не возникнешь-уйду!

Он продолжал молчать, и я пошел к двери.

И тут Жорка возник на том же месте, и в руке у чего была бутылка "Экстры", которую он торжественно поставил на стол.

- Видал?!

Это в самом деле были похоже на чудо, но Жорка oбъяснил, что ничего сверхъестественного здесь нет. Просто он передал свое изобретение в машину времени и сейчас возвращался на три часа в прошлое, чтобы купить выпивку, пока винный отдел не закрыли.