Профессор будет оракулоподобно вещать эти прописные истины, не подкрепляя их ни единым фактом. Да эти истины и не нуждаются в фактах именно потому, что они прописные. И козырь, который он приберег, это, несомненно, неожиданный логический выпад, блестящий силлогизм, столь же очевидный и столь же неверный, как утверждение, что Солнце вращается вокруг Земли.

А Платон отстаивает другую точку зрения. Почему мы так пугаемся этих слов: "эмоциональный робот"? Пусть способы мышления человека и робота неодинаковы, но ведь основаны они на единых логических законах, отталкиваются от единой реальности, поскольку и люди и роботы живут на Земле... Да, мы, конечно же, используем машинный разум. Но в полной ли мере? Используем там, где нужны сухой расчет и строгая логика умозаключений. И... самозабвенно мучаемся сами, когда речь заходит о новых формах в архитектуре или, скажем, оригинальных фасонах женских костюмов. Эти добровольные мучения по старинке называют творчеством. Считается, что они доставляют человеку высшую радость бытия - радость созидания. А кто-нибудь подсчитал, сколько часов, дней, жизней уносят ежегодно у человечества эти самые радости созидания?

Так размышлял Платон, готовясь высказать заветные свои мысли на конференции. Доклад, конечно, встретят в штыки. Еще бы, оскорбленное самолюбие; легко ли признать, что машины могут заменить человека и в сфере его творческих исканий? Да и что же тогда останется людям, которые, отдав роботам физический труд, должны будут отказаться и от творчества? И хотя никто не собирается передоверить машинам сферу интеллектуального созидания, и речь идет всего лишь о дальнейшем выявлении возможностей искусственного мозга, от Платона потребуют фактов - точных, проверенных, неопровержимых фактов, оформленных должным образом в лабораторном журнале. Ну что ж, факты будут...