— Матом не ругался? — морща лоб якобы от воспоминаний, уточнил я. — Не приставал?

Проводницы засмеялись: «Нет-нет, все культурно было, не волнуйтесь», а я, «с облегчением» вздохнув, поинтересовался:

— У вас… э… пива нету?

— Голова болит? — с искренним сочувствием осведомилась старшая, доставая из портативного холодильника бутылку. — Одну?

— Две, — раскрывая портмоне, ответил я. — Одна не поможет. Граница-то скоро? — задал я вопрос, из-за которого, собственно, и потревожил невыспавшихся проводниц.

— Часика полтора еще, — ответила моя ночная знакомая, бросив взгляд на висящее на стене расписание. — Еще две остановки — и граница.

— Ясно, — притворно зевнул я. — Извините. Пойду еще отдохну…

— Ага, идите, — понимающе захихикали «девочки». — Мы, если что, вас разбудим, не волнуйтесь.

Вернувшись в купе, я откупорил бутылку (не подумайте чего, просто пить больше-то и нечего было — не идти же к проводникам за чайком… после столь старательно разыгранной роли страдающего похмельем пассажира?!) и задумался. Полтора часа — это есть не очень хорошо в том смысле, что мне придется покинуть мой гостеприимный вагон в светлое время суток — летом светает рано. Никаких проблем, конечно, просто для таких мероприятий я все-таки предпочитаю ночь. Хотя какая разница, я плюхнулся обратно на полку и прикрыл глаза: день так день. Будем работать при свете…

ГЛАВА 6

Проблем и в самом деле не возникло: миновав последнюю перед границей станцию и отъехав от нее подальше (можно было бы, конечно, просто сойти на стоянке, но я решил еще немного прокатиться и спрыгнуть на ходу: так в любом случае будет меньше любопытных глаз), я переоделся в извлеченные из сумки старые джинсы и футболку. Прыжок с несущегося со скоростью восемьдесят кэмэ в час поезда — это, конечно, элементарный навык, получаемый на первом году обучения, только вот одежда об этом почему-то не знает, оказываясь зачастую менее прочной субстанцией, нежели тренированное спецназовское тело.