Заговорил! Ты стал ковать железо, пока горячо:

– Все?… Кто это все, кого вы имеете в виду?

На сей раз он не отвечал. Ты повторил свой вопрос несколько раз, но он – будто и не слыша – уставился мертвым взглядом на стенку: сгорбленный, маленький, хрупкий, излучающий из себя преданность и послушание. Если бы ты приказал ему немедленно выпить какую-нибудь вонючую микстуру, сделать приседания или спустить штаны для укола – он сделал бы это немедленно. Только вот говорить не хотел. Только когда ты открыл ящик стола и вынул прекрасный альбом с лакированной обложкой, на которой была изображена девочка, несущая через лес корзинку с едой, его глаза блеснули.

– Ее королевское величество! – шепнул он.

Его вытянутые вперед руки дрожали, он как наркоман желал книгу.

– Получишь, когда расскажешь, что это за безрукие. Старик с золотой рыбкой?… А кто еще?…

Прошло несколько секунд, пока он не выдавил из себя:

– Все старики! Их искалечили!

– Каким же образом?

– Их заставляли работать на измор!… Старика-рыбака заставили выловить золотую рыбку, а она оказалась золотой пираньей! Деду Морозу не разрешили спрятаться летом, ему пришлось заняться приготовлением мороженого, и солнце растопило ему руку. Третьему старику приказали вырвать репку, величиной с гору, он вывихнул левую руку из сустава, и она потом усохла.

– Почему же ему не помогла бабка?

– Бабка?! – злобно заскрежетал зубами старик. – Бабка бросила деда и теперь воспитывает над озером гадкого утенка! Распутница, она представила себе, что станет Ледой, и теперь возится с птенцом!

Ты удивился, но потом вспомнил сказку Андерсена. Все правильно! Гадкий утенок вовсе не был уткой, он превратился в лебедя. Ты представил все это, Крис, и тебе сделалось нехорошо.

– Как же все это отвратительно! – вырвалось у тебя.

– Вся Страна Сказок – одно сплошное отвращение! – крикнул старик, сжимая кулачки.