— Нет, нет, — прошептала она с перекошенным от отчаяния лицом. — Я имела в виду завтра в три часа дня…

— В чем дело? — осведомился проснувшийся муж и зажег свет. — О боже, только три часа ночи. Что этому болвану нужно?

Жена повернулась к нему и, закрывая глаза, сказала:

— Он повезет нас к Парикутину.

— Господи, ты, похоже, по-испански вообще ни в зуб ногой!

— Уходите, — сказала она таксисту.

— Но я же специально вставал.

Муж выругался и поднялся.

— А-а, теперь я все равно не усну. Скажи этому идиоту, мы будем готовы через десять минут и поедем с ним, о господи!

Проводник нырнул в темноту и выскользнул на улицу, где холодная луна полировала бамперы его машины.

— Ну, ты и бестолковая, — бросил муж, натягивая две пары брюк, две рубашки и на все это шерстяную рубаху. — Дьявол, это уж точно добьет мое горло. Ну, если я опять свалюсь с с ларингитом…

— Ложись спать, черт с тобой.

— Нет уж, теперь я все равно не засну, — ответил он, натягивая еще два свитера и две пары носков. — Там в горах холодно, одевайся теплее, да пошевеливайся.

— Ложись спать, — сказала она. — Заболеешь, опять будешь ныть, на что мне это нужно.

— По крайней мере могла бы хоть время ему четко сказать.

— Заткнись.

— У тебя ветер в голове, поэтому ты вечно что-нибудь напортачишь.

— Оставь меня в покое, черт бы тебя побрал, оставь меня, я не нарочно это сделала!

Она подняла руки, сжав их в кулаки. Пылающее лицо ее было искажено и безобразно.

— Опусти руки! — закричал он.

— Я тебя убью, клянусь, убью, — кричала она. — Оставь меня в покое! Я из кожи вон лезла — кровати, язык, время, о господи! Думаешь, я не понимаю, что виновата?

Через минуту, успокоившись, она протянула ему кожаную куртку и сказала:

— Пойдем, он ждет нас.

— Иди ты к чертям, я никуда не поеду. — Он опять сел. — Ты должна мне 50 долларов.