Натка отодвинула шашлык, взяла блюдечко с розовым, быстро тающим мороженым и посмотрела на Шегалова так, как будто она ожидала ответа на сказанное.

Но Шегалов выпил стакан пива, вытер ладонью жёсткие усы и ждал, что она скажет дальше.

- Вот так, - кивнула Натка. - И похвалиться нечем. Если бы мне разрешили надеть милицейскую форму, я бы чувствовала себя по другому. А теперь... Светка - это та самая, с которой мы вытащили твой пистолет, учится в МГУ, через год получит диплом экономиста. Хоть это - и не моё, но я ей завидую. Завидую, потому, что она знает, куда идёт в жизни. А я - нет, я не знаю. Меня занесло на обочину.

Шегалов пожал плечами.

- Что тут сказать? Ты не любишь эту работу - замечательно. Бросай её. Я понимаю, ты боишься, что другую найти будет непросто. Но если ты будешь вечно держаться за неё, то так никогда ничего не изменится.

- Не люблю, - подтвердила Натка. - Мне и самой даже иногда стыдно. Я думаю о том, что не все же там недоумки и выродки. Есть много хороших ребят. И им должен кто-то помочь в жизни. И если я не помогу, то кто тогда поможет?

Шегалов опять пожал плечами:

- Ну, что я могу тебе посоветовать? Я ведь никогда в детском лагере не работал. Ты у меня или у себя совета спрашиваешь?..

Натка доела мороженое и отодвинула в сторону пустую вазочку с чайной ложкой. Потом сказала:

- Не знаю... Не знаю, у кого. Но для себя я решила, что этот сезон отработаю - и всё на этом. Всё. Пусть оно это крутится как-нибудь без меня. Пусть.

- Эх, Натка! - покивал Шегалов. - Смотрю я на тебя... ну, до чего же ты, Натка, на мою Машку похожа!.. Тоже всё хотела приносить пользу другим! с грустной улыбкой закончил он и посмотрел в окно.