Мухтабар, радуясь за брата, поспешила на кухню заварить чай. Когда она шла через гостиную, экран телевизора неожиданно засветился, и на нем возникло изображение ее деда - Усмана-кары. Теперь старик радостно улыбался. И одет он был иначе - в чистую одежду. Бородка его была аккуратно подстрижена, кустистые брови хмурились, вероятно, по привычке. Но пребывал он, судя по всему, в прекрасном расположении духа.

- Ассалому-алейкум,- дрожащим голосом прошептала Мухтабар.

- Вуалейкум-ассалом.- Голоса деда она не слышала, но понимала, что он хотел сказать.

Благообразный старец между тем продолжал:

- Спасибо, дорогое дитя, ты совершила благое дело, и мой бесприютный дух обрел покой. Книги берегите, донесите их до людей. Я мучился. Мне не давала покоя мысль, что, захоронив эти бесценные книги, я совершил тяжкий грех. Слава Аллаху, мои молитвы наконец дошли до него... Дитя мое, простите и вы мне грехи, которые совершал я иногда по неопытности, иногда - из-за стечения обстоятельств. Я обиделся на вашего отца, своего зятя Султанходжу, и проклял его. Сейчас он болеет и мучается. Но вы, дорогая моя, совершили столь благородный поступок, что и я теперь могу простить зятя. Даст бог, с этой минуты здоровье вашего отца пойдет на поправку. Святые духи своим чистым светом избавят его отболезней и мук. Теперь, когда будет в этом нужда, я стану сниться вам и подсказывать праведный путь...

- Скажите, а какие у отца были грехи?

- Об этом спросите у него самого...

Изображение исчезло также неожиданно, как и появилось. Присев, Мухтабар прочла молитву и принялась хлопотать на кухне.

Вскоре Равшан ушел. Мухтабар же сидела, думая о случившемся, как вдруг опять почувствовала, что в доме она не одна. Женщина невольно взглянула в сторону телевизора. Экран снова осветился. Усманкары смотрел на Мухтабар с нескрываемой нежностью.