Кстати, вот и он. А все Асенька, дай ей бог мужа хорошего. Ничего так девка, все при ней: и из себя хороша, и языкастая, и смекалистая. Сказать что чересчур умна, — соврать, конечно, но оно и не особо требуется, что ей задачи вселенского масштаба решать? А на то, чтобы кофе начальнику сварить, особых способностей не требуется.

Улыбается Ваня. Даже скука обычная не пойми куда девалась.

Бутерброд, кстати, вкусный.

На Восьмое марта Ваня умудрился перед работой купить рядом с метро целый ворох всевозможных цветов и цветочков. Сначала хотел подарить всем дамам по дежурной розочке, потом подумал и творчески подошел к процессу. Угодил всем: главбуху, пятидесятилетней бабище, подарил любимые ею хризантемы, молоденькой курьерше Ольчику — яркие тюльпаны. Всем, всем подарил именно то, что они и хотели. Даже Ирке, коммерческому директору, бабе, надо сказать, с прескверным характером, умудрился раздобыть крашеные розы. Синие.

С Чебурашкой не заморачивался. Черт знает, что ей краше. Купил простенький букет с герберами. Ярко. Пышно. Хорошо.

Ну и ахи, охи, да как же, да Ваня, да молодец, да вот какой у нас Ванюша!..

Ага, теперь Ванюша, а то уже думал, что ванькой‑встанькой скоро звать будут, только и слышно: «подай‑принеси», «да ты у нас единственный мужчина, не считая шефа»… И хоть бы одна спасибо сказала. Дождешься от них. Ну, Ванюша так Ванюша. Только поесть дайте, с утра не жравши; пока за цветами бегал, забыл хоть какой бублик завалящий добыть.

Накормили.

Кто сказал, что весна — это хорошо? Назовите мне имя, я пойду и убью их к такой‑то матери! Ваня, ругаясь последними словами, мокрый до нитки и злой как черт, вполз наконец‑то в квартиру.