Так было всегда, но сейчас обстановка изменилась в худшую сторону, поскольку подразделения Королевского флота Мантикоры, по традиции охранявшие торговое судоходство Звездного Королевства в Силезии, были отозваны для участия в войне Мантикоры против Народной Республики Хевен, и Гарольду Суковскому совершенно не у кого было попросить помощи.

– Свяжитесь с ними, Джек, – сказал он. – Попросите его представиться и сообщить о своих намерениях.

– Есть, сэр. – Офицер связи включил свой микрофон и отчетливо произнес: – Неизвестный корабль, с вами говорит мантикорское торговое судно «Бонавентура». Назовите себя и сообщите о своих намерениях.

Прошли сорок бесконечных секунд. На экране Хёрлман красный импеллерный след все продолжал приближаться к ним с нарастающей скоростью. Офицер связи в недоумении пожал плечами:

– Ответа нет, шкипер.

– Я на него и не надеялся, – вздохнул Суковский. Он посидел, пристально глядя на звезду, до которой оставалось совсем немного, и пожал плечами. – Ну что ж, ребята, мы это отрабатывали. Генда, – обратился он к главному инженеру судна, – перед уходом переключите ваши приборы на мою панель управления. Крис, отвечаешь за отход спасательных катеров. Пересчитай всех по головам и доложи мне перед тем, как произведете расстыковку.

– Но, шкипер… – попыталась возразить Хёрлман.

Суковский решительно покачал головой.

– Я сказал, все сделать, как по нотам! А теперь убирайтесь отсюда к черту, пока пираты не подошли на расстояние ракетного выстрела!

Хёрлман в нерешительности молчала, лицо ее отражало мучительные колебания. Она работала вместе с Суковским уже более восьми земных лет, почти четверть всей жизни. За эти годы «Бонавентура» стала ее единственным настоящим домом, и ей было трудно бросить шкипера и корабль. Суковский понимал, что с ней происходит, поэтому обжег ее холодным свирепым взглядом: