Это не любовь у тебя, нет, скорее, я думаю, какое-то страшное безумие. Мы просим лишь об одном — скажи прямо, предпочитаешь ли ты его всем прочим: мы не будем препятствовать тому, кого ты любишь». Так они пели мне чуть ли не до петухов, и, если б я хотела рассказать тебе все по порядку, я думаю, солнце успело бы зайти, пока мне удалось бы кончить. Почти все, что они говорили, входило у меня в одно ухо и выходило в другое. Ответила я им так: «Лисия поставил выше вас сам Эрот, который ни ночью, ни днем не перестает жечь мое сердце». Послушай дальше, сладчайший: когда они, разозлившись, стали кричать: «Кто может любить такого урода, такого противного, такого неотесанного?» я ответила, многозначительно взглянув на них и поведя плечами: «Кто? Я! А теперь прощайте! — добавила я и встала,— извините влюбленную: мне ведь не мила выгода, а мило то, чего я желаю, желаю же я Лисия», А ты, мой дорогой повелитель, скорей, скорей. Быстрота ведь отрадная вещь. Приходи не мешкая, неся с собой только один поцелуй, а я возьму тебя за уши и поцелую трижды. Такого красавца... 25 Филенида Петале

Вчера, когда Памфил пригласил меня на попойку, я послала за своей сестрой Телксиноей, нечаянно сама себе доставив, как потом оказалось, большую неприятность. Начать с того, что она явилась, украсившись как только могла; щеки у нее сияли от притираний, волосы были, конечно, тщательно заплетены и убраны перед зеркалом, на шею для красоты надеты дорогие цепочки; много было и других безделушек на груди и на руках. Телксиноя не забыла украсить и голову. Вдобавок — тарентийская одежда 26 Спевсипп Панарете

Давно молва расписала мне твою привлекательность: ведь все о ней говорят, но впервые она воочию предстала предо мной. И тем больше я восхищен твоей красотой, чем глаза сравнительно со словом дают лучшее представление о предмете. Кто не был пленен твоим танцем? Кто, взглянув, не влюблялся? Полимния и Афродита — у богов, но обеих их ты представляешь нам на сцене, насколько это вообще достижимо, так как они украсили тебя этим даром