– Ты все знала, – прошептал Бортников. – С самого начала, да?

– Да.

– Почему ты не сказала?! – возмутился Игорь. – Как ты могла!

И понял – как. Он был нежен и предупредителен. Искренне огорчился бы и плакал по ночам в подушку. И все же сдал бы ее врачам. Из добрых побуждений.

– А Седов? – спросил Игорь.

– Он не в себе. Ему снится война между светом и тьмой. Он всегда был таким, еще тогда, три года назад.

– Подожди, – пробормотал он. – Но как же… Ты же… Еще до того, да?

– Да.

– Ты специально! – ужаснулся Игорь. – Ты специально познакомилась со мной и всегда была рядом, чтобы исправлять то, что я делаю?..

Она снова кивнула, и Бортников заметил блеск в ее глазах. Слезинки уже родились, еще мгновение – и они скатятся по смуглым щечкам, как дождинки по кленовому листу. Она не злилась – просто сдерживала слезы.

– Светка, – прошептал Игорь, вытягивая руки. – Светка…

Она шагнула вперед, прижалась к его груди, обняла крепко, изо всех сил. Он не видел ее лица, но чувствовал – плачет. Ему не нужны были слова, чтобы это понять. Быть может, когда-то она встречалась с ним специально. Но теперь… Теперь она была с ним. И только с ним. Об этом Игорю рассказала ее волна – теплая, ласковая, нежная, что робко постучалась в его темное нутро. И он ее впустил.

Волны переплелись и, не в силах смешаться, закрутили бесконечный хоровод из темного и белого.

– Как китайский значок, – прошептал Игорь. – Белая капля и черная…

Они подходили друг другу идеально, как два кусочка паззла. Их волны объединились с тихим щелчком, сложив единое целое. Гармоничный круг, отделяющий их от прочего мира, от других волн на этом невозможном и невидимом озере.

– Светка, – прошептал Игорь, касаясь губами каштановых волос.

Она еще крепче сжала руки и всхлипнула. Чувствовала то же, что и он. Не нужно было слов – ни сейчас, ни потом.

– И что же дальше? – спросил Игорь. – Что будем делать?