А Семь Сестер все это время хохотали и пели, приветствуя восторженным визгом каждую вспышку, импровизируя абсурдные стишки из воплей, свистков и скрежета помех. Когда на секунду воцарилось затишье, мою голову заполнил глухой гул несущей волны. Кажется, это была Фаэна. Но вместо ее голоса слышались лишь испуганные всхлипы.

– Вдова? - окликнул я. - Ты, что ли?

– Она тебя не слышит, - промурлыкала Фаэна. - Скажи спасибо, что я смогла ее усилить. В трансформаторную будку перед ее домом ударила молния. Это должно было случиться рано или поздно. Твой преследователь - ты его еще Труподавом зовешь, прелестное имечко, кстати - ее стережет.

Ерунда какая-то. Быть не может.

– Почему вдруг Труподав к ней привязался? - спросил я.

– Ах, почему, почему, почему? - пропела Фаэна строчку из какой-то эстрадной песенки.

– Пока ты был жив, твои вопросы оставались без ответа. Думаешь, после смерти тебе наконец что-то объяснят? Дудки! - всхлипы продолжались.

– Ничего, пересидит, - сказал я. - Труподав не может…

Стоп, погоди-ка. У нее в доме только что провели кабельное телевидение, так? Сейчас соображу, как там все устроено. С одной стороны - телефонные провода, с другой - электропроводка и кабели. Вдова легко может проскользнуть у него за спиной.

Всхлипы стали тише, но тут же перешли в вопль отчаяния. Такой истерики я от Вдовы не ожидал.

– Ты в своем репертуаре, - процедила Фаэна. - Как всегда, толкуешь о том, о чем не имеешь ни малейшего понятия. От удара молнии твой пушистик мутировал. Выдь-ка сам и посмотри.

У меня перья встали дыбом:

– Ты ведь отлично знаешь, что мне нельзя…