«Ты здесь ничего странного не замечаешь?» — спросил внутренний голос.

Мне казалась очень странной и откровенно нездоровой здешняя манера организации рабочих мест, при которой каждый человек сидит как приклеенный на виду у всех остальных, словно муха на липучке. Но оказалось, внутренний голос имеет в виду другую странность.

«Ты посмотри на женщин и на мужчин», — посоветовал он.

— Вот это да! — тихо присвистнула я, присмотревшись к офисным насекомым. — Вот это, я понимаю, у кого-то комплексы!

В местном шоу «За стеклом» я не увидела ни одной дамы, которая была бы моложе и стройнее госпожи Лушкиной! В то же время мужчины показались мне отборными красавцами — я даже посетовала, что не знала об этой особенности кадровой политики «ЮгРоса» месяц назад, когда мы в «МБС» искали актеров для рекламного ролика местной фабрики трикотажных изделий и нижнего белья.

— Этот офисный комплекс построен нашей компанией! — со сдержанной гордостью прохрюкала особа, появления которой я не заметила.

Я не стала объяснять, что имела в виду совсем другие комплексы — не офисные и даже не зенитно-ракетные.

— Ольга Петровна, это та девушка по рекламе, — без затей представил меня охранник.

— Здравствуйте! — оборачиваясь, я поспешно послала на хрюк свою самую цветущую улыбку, а затем очень постаралась, чтобы она не увяла досрочно.

Ольга Петровна обладала поразительным сходством с сермяжным мешком, полным неизвестных живых сущностей. При каждом ее движении под серой тканью балахонистого брючного костюма в самых неожиданных местах вспучивались складки и выпуклости. В сочетании с нечеловеческим голосом внешность этой дамы заставляла вспомнить о рядах сельской ярмарки, где производится мелкооптовая продажа объектов свиноводства. Про себя я мгновенно окрестила Ольгу Петровну красивым индейским именем Поросячья Радость.