Столкнись я со своей жертвой в то время, когда умирал его друг, я бы, наверное, прошел мимо и на–шел другой объект для преследования. И все же… Он был таким аппетитным…

Тем временем он уже поднимался по ступенькам внутренней потайной лестницы – шел осторожно, сжав пальцами рукоятку спрятанного под пальто пи–столета. Выглядело это весьма банально, прямо как в голливудских фильмах, хотя во многих других отно–шениях его никак нельзя было назвать человеком предсказуемым. Впрочем, те, кто так или иначе свя–зан с наркобизнесом, в большинстве своем весьма экс–центричны.

Наконец он подошел к двери в квартиру и увидел, что она открыта. Какой всплеск ярости! Я скользнул в тень, спрятавшись в углу как раз напротив величе–ственной гранитной статуи, между двумя покрыты–ми пылью святыми. Увидеть меня в темной комнате он не мог – для этого ему нужно было включить хотя бы одну из галогенных ламп, да и они освещали лишь небольшое пространство вокруг.

Он стоял, прислушиваясь, пытаясь уловить чужое присутствие, просчитывая в уме возможные вариан–ты. Ему была ненавистна даже мысль о том, что кто-то посмел вторгнуться в его владения. Несмотря на то, что он был один, об отступлении не могло быть и ре–чи – он намеревался тщательно обследовать кварти–ру и готов был на все, вплоть до убийства. Нет, никто не мог знать об этом убежище; скорее всего, сюда про–лез какой-нибудь проклятый мелкий воришка, наконец, рассудил он и в ярости мысленно обрушил на на–глеца целый шквал злобных проклятий. Вытащив пистолет и держа его наготове, он принялся методично обходить комнату за комнатой – те самые, в которых я только что побывал. Я слышал, как щелкали выключатели, видел, как вспыхнул в прихо–жей свет.