
– Не спят,- догадался я, - лелеют первое чувство, ну пусть их, чисто дети.
Я бы еще немного поразмышлял на тему как мы изменились, но решил заняться этим на досуге, в окружении внуков. У меня были дела.
Май 1918 (утро, Советник)
Я всю ночь не сомкнул глаз, ощущая на своей щеке слабое дыхание моей любимой женщины, мне уже казалось, что я знаю ее всю свою жизнь, и эта жизнь была пуста и скучна без нее. С одной стороны, я понимал всю отчаянность нашего положения, с другой, мне это начинало нравиться, как хорошая книга, когда ты не можешь остановиться пока не перевернешь последний листок. Последним листком в нашей жизни мог стать завтрашний день, а единственное о чем я могу сожалеть, это расставанием с моей возлюбленной. Эта парочка - смешные ребята, заботятся друг о друге, я немного позавидовал им, кого в данном положении, я мог назвать своим другом? Если только Ирину, но ведь я не знаю еще, как она отнесется к этому мезальянсу. Старший Владимир вернул мне браунинг.
– Пригодится! - сказал он и похлопал меня по плечу, у меня все сжалось внутри от такой фамильярности, по-моему он это заметил.
– Извини! - и ушел по своим делам. Что-то они задумали. Они еще не рассказывали о времени, в котором они жили, но я по недомолвкам понял, там не все хорошо. Мишель ему сказал: -Красным больше не служу!
Тот кивнул, соглашаясь. Значит ли это, что белое дело погибнет? Наверное, да. А прямо спросить? Не ослабну ли душой, если выяснится, что уже все записано в истории, что ничего нельзя изменить и остается только плыть по течению? Достойно ли это? Не ищу ли я себе оправдания в том, что всегда считал политические игры даже с элементами терроризма, всего лишь увлекательными загадками для моего скучающего мозга? Почему же они не колеблются? Зная то что произойдет, они могли бы занять хорошую позицию при новой власти.
