Я не вмешивался, только авось мог нас спасти. До преследователей, по звуку, было метров триста-четыреста, и они ломились сквозь лес, как три оборзевших танка. Пять секунд понадобилось, чтобы скорость ушла за сто двадцать километров (не пять конечно, но очень уж хочется), потом толчок под передними колесами, восхитительное чувство полета и выстрелы вдогонку. Впереди стояла густая стена тумана.


Май 1918 (темно, двое)


– Десятый час, совсем темно.- сказал я, -Утром придется идти в деревню.

– Вы знаете где она?- спросила Ирина Андреевна.

– Думаю...- начал обьяснять я, как вдруг звуки выстрелов на противоположной стороне пруда заставили нас вскочить на ноги. Баронесса крепко схватилась за мою руку, маленькие ноготки впились в запястье. Боль заставила очнуться от столбняка, я схватил ее в охапку и утащил за угол, в соседнюю комнату. Стена была 30 сантиметровой толщины, пуле не достать, а видеть можно было всё, что я и сделал. То же самое сделала и она. Удивительные создания, даже смертельная опасность не в силах удержать их от любопытства. Туман разорвало, и оттуда вылетел сияя прожекторами автомобиль.

– Никогда бы не подумал, что автомобили умеют летать!- мелькнуло в голове.

Вода в пруду вскипела брызгами разлетаясь во все стороны и стало тихо...

Никто не стрелял, никто ни за кем не гнался.

– Кажется всё!- сказал я выдохнув, только сейчас я обнаружил что мы стоим в несколько фривольной позе, несвойственной трехдневному знакомству.

– А что шофёр? Его убили?- спросила она так, что я занятый мыслями о ней, не понял, о ком идет речь.

– Шофёр? А-а, самокатчик! Не знаю, надо сходить посмотреть...

Она, как мне показалось, с сожалением отодвинулась от меня.

– Возьмите это!

Я схватил протянутую руку, сгорая от желания покрыть поцелуями, и натолкнулся на теплый от её тела металл.



8 из 400