Все знают, что мы с мужем "из этих".

Эх, знали б они, как я в "эти" попала…

В другом мире, семь лет назад

Чем дольше я смотрела на Айсуо, тем больше осознавала: врут всё о призраках. В частности, о том, что нематериальное не может поглощать материальное. Этот призрак на моих глазах пятьдесят грамм водки тяпнул, а затем плюшки с сахарной пудрой уминал так, будто умер в Поволжье в начале прошлого века. Или в Африке, в любое время, если верить газетам.

И чай тоже… убывал. С пугающей скоростью.

Меч я пронесла, обернув в "N-ский рабочий" — нашу борзописалку городского масштаба. На всякий случай паковала передовицами кверху, чтоб уж точно отбить охоту к рассматриванию свёртка.

Айсуо же вернулся к своему… хм… материальному носителю довольно быстро. Однако, уловив безумный взгляд наркоши из подворотни, взмыл в небо. Я потопала дальше, не особо вслушиваясь в истошные вопли: "Жертва… Ментов… Кровавая… и ходит рядом… ик… на-по-ми-на-ет! О судьбе своей… ик… кровавой!"

Блин, парень, знал бы ты, насколько твой бред близок к истине!

В магазин призрак со мной не залетал, бабушки у входа в подъезд его тоже не засекли — чудеса конспирации налицо. В квартире же Айсуо высунул из стены чуть виноватую мордочку — я дёрнулась и демонстративно полезла за валидолом. Мальчишка, похоже, не понял, но вылез полностью и отрапортовал, куда дел труп и что с ним сделал. Половина доклада состояла из знакомых слов в незнакомом значении — "выбросы энергии", "узел вероятностей", "дорога иллюзий"… Но кое-что я сообразила безо всякой магии — мальцу плохо. Его трясёт, плющит, колбасит и пельменит.

Мне было ненамного веселее, посему и родился немного сумасшедший вопрос: