- Чушь, - ответил ведьмак. - А кроме того, не в рифму. Все приличные предсказания делаются в рифму. Всем ведь известно, Стрегобор, что тогда было нужно Эльтибальду и Совету Волшебников. Вы использовали бред безумца, чтобы укрепить свою власть. Чтобы разбить союз, испортить соглашения, разжечь династические споры, словом, посильнее дернуть за шнурки коронованных марионеток. А ты тут мне бубнишь о предсказаниях, которых постыдился бы нищий на ярмарке.

- Можно не соглашаться с теорией Эльтибальда, с его истолкованием предсказаний. Но нельзя отвергнуть факта ужаснейших мутаций среди девиц, родившихся вскоре после затмения.

- Это почему же нельзя отвергнуть? Я слышал совершенно иное.

- Я присутствовал при вскрытии одной из них, - сказал волшебник. Геральт, то, что мы нашли внутри черепа и позвоночника, ясно определить нельзя. Какая-то красная губка. Внутренние органы перемешаны, некоторых вообще не хватает. Все было покрыто подвижными ресничками, сине-розовыми остатками. У сердца было шесть камер. Две практически атрофированы, но все-таки. Что ты на это скажешь?

- Я видал людей, у которых вместо рук были орлиные когти, людей с волчьими клыками, людей с лишними суставами, дополнительными органами и чувствами. Все это, Стрегобор, было результатом ваших занятий магией.

- Говоришь, видал разные мутации, - поднял голову чародей. - А скольких из них ты прибил за деньги, согласно своему призванию ведьмака? А? Можно иметь волчьи клыки и ограничиться тем, что скалить их на девок в кабаке, а можно иметь еще и волчью натуру и нападать детей. И ведь именно так было у тех девиц, родившихся после затмения - врожденная патологическая склонность к жестокости, агрессии, внезапным взрывам гнева, развязный темперамент.

- Такое можно найти у каждой бабы, - издевательски усмехнулся ведьмак. - Что ты плетешь, Стрегобор? Ты спрашиваешь, сколько я убил мутантов... а почему тебя не интересует, сколько я расколдовал, со скольких снял заклятие? Я, презираемый вами ведьмак. А что делали вы, могучие чародеи?