Представить, как он вылетает с трассы, и как потом жалкие останки того, что когда-то было Костиком, вырезают из не менее жалких останков того, что недавно являлось "Мздой", было делом плевым. В полсекунды покрывшись холодным потом, Костик аккуратно утопил тормоз и нацелился на обочину. Остановился. Вышел из машины, вдохнул свежего ночного воздуха, громко и возмущенно завопил невидимому собеседнику: "Я так и знал, что меня со свечами нагнули, не "родные" свечи-то!", шарахнулся от летевшей между полос фуры, обернулся к машине...

И три раза повторил, как заклинание:

- Че за нахер?!

Последний раз эта фраза удалась ему даже как-то слезливо и жалостно, на манер "Сами мы не местные, подайте, кто сколько может".

Хотя, жаловаться, если совсем уж честно, ему было не на что. Наоборот - стоило восхвалять небеса или, в край, асфальт, то есть Новую Ригу, потому что вместо пятнадцатилетней Mazda Xedos перед Костиком скромно выстаивала неизвестно откуда взявшаяся и почти новенькая (года два-три, не больше) Toyota Camry 3.5.

Костик на всякий случай закрыл глаза, причем, для верности, еще и прикрыл их руками, а потом открыл. Ни фига. "Камрюха" никуда не исчезла, но и "Мзда" не появилась. Вообще, сходства со "Мздой" в так нечаянно-негаданно появившемся транспортном средстве было разве что страна-производитель да шестицилиндровый V-образный двигатель. На этом "родство" автомобилей заканчивалось, а различия, наоборот, перли как из дырявого мешка.

Две мысли возникли у Костика одновременно.

Первая: "А точно я на своей машине уезжал?"

Вторая: "А не заехали ли у меня шарики за ролики, и так - раз пять-восемь?!"

И даже третья мыслишка, вся из себя глумливая, успела вылезти и нагадить: "Я чо, где-то успел так нажраться, что уже не помню, кто я, откуда, и на чем езжу?!"