Вампиры хранили молчание. И вот это-то мне в них и нравилось: они были мертвы. Как и их разум. Лишь однажды, давным-давно, мне удалось ухватить некое подобие мысли, пронесшейся в голове вампира.

Когда я принесла пиво Ширли Хантеру, начальнику моего брата, он поинтересовался, куда запропастился Джейсон. Ширли получил прозвище «Кэтфиш».

– Полагаю, ты, и сам прекрасно знаешь, где Джейсон, – уклончиво ответила я. Ширли подмигнул мне. Обычно когда Джейсон куда-то пропадал, то в деле была замешана женщина. Не одна, так другая. Сидевшие за столом посетители в рабочей одежде прыснули со смеху. Мой ответ позабавил их больше, чем заслуживал того. Впрочем, они уже изрядно выпили.

Я вернулась к стойке бара за тремя бокалами бурбона с колой, которые готовил Терри Бельфлер, двоюродный брат Порции. Работал он не по своей воле. Терри, ветеран вьетнамской войны, получил не только физические, но и душевные раны. В эту ночь он неплохо справлялся с обязанностями бармена. Ему нравилось выполнять несложную работу, которая требовала от него полной концентрации внимания. Его золотисто-каштановые с проседью волосы были собраны в хвост. Когда он возился с бутылками, его лицо отражало внутреннее напряжение. Терри моментально приготовил напитки и, когда я водружала их на поднос, улыбнулся мне. Получить улыбку от Терри практически невозможно, и поэтому внутри у меня потеплело.

Как только я развернулась, держа поднос в правой руке, возникла проблема. Студент луизианского технического колледжа, расположенного в Растоне, препирался с Джеффом ЛаБеффом, рубахой-парнем, который наплодил кучу детишек и зарабатывал на жизнь тем, что разъезжал по городу на мусоровозе.

Возможно, перебранка произошла из-за столкновения интересов двух упрямцев и не имела никакого отношения к противостоянию горожан и студентов (во всяком случае, бар находился достаточно далеко от Растона). Какими бы ни были причины их конфликта, я сразу поняла, что обычная перебранка вот-вот перерастет в нечто более серьезное.