Интересная он личность, этот Копфлос. Был…

— А недостоверная информация есть? — спросил Деревянко.

— А недостоверная информация вам не поможет, — отрезал полковник Задека. Помолчал, и добавил более мягко, можно сказать, проникновенно: — Найдите голову Копфлоса, это очень важно.

Разумеется, важно. В тринадцатом отделе все дела важные. Важные и необычные.

Деревянко и Подручный синхронно поднялись со стульев и повернулись к дверям.

— Да, лейтенант… — полковник Задека вдруг вспомнил что-то напоследок.

Деревянко приостановился.

— Вы все еще курите? — спросил полковник Задека.

— Стараюсь бросить, — ответил Деревянко со вздохом.

— Бросайте, лейтенант, бросайте, — отеческим тоном посоветовал полковник Задека. — Это вредная привычка, она вас до добра не доведет.

У Деревянко от этих слов мороз пошел по коже, и он поторопился выйти из темного кабинета в светлую приемную. Здесь он обменялся парой дежурных колкостей с Ивановым и Сергеевым. Потом Подручный, простая душа, выболтал коллегам-соперникам цель служебной командировки. Надо признать, у Иванова язык неплохо подвешен, это его плюс.

— Эх ты, чайник, — выговорил Деревянко проштрафившемуся Подручному. — Учишь тебя, учишь…

Они вышли в коридор.

— У шефа секретарша новая, заметил? — спросил Деревянко.

— Угу, — хмуро буркнул Подручный.

— Красивая…

— Хороша Маша, да не наша.

— А может, ей нужен крутой мужик с большим пистолетом? — мечтательно предположил Деревянко.

Подручный широко ухмыльнулся.

— Пистолет-то у нее свой есть.

ПРИБЫТИЕ

В Северную Венецию Деревянко и Подручный прибыли поздно вечером, на закате. Где-то за домами обрюзгшее багровое солнце лениво погружалось в море. Дома стояли в воде пол колено, по пояс, по горло, те, что пониже, утонули с головой. Водная поверхность темнеющих улиц была запятнана редкими отблесками электрического света из окон квартир, в которых еще жили люди.