– Берегитесь ваших желаний, – сказала Лили печально, – мир мертвых опасен. Вы думаете, что я сама говорю с вами. Нет. У меня нет своего голоса. И чтобы заговорить я беру в рот ночную цикаду.

Вот, невеста вынула изо рта маленького латунного жучка и молча показала его на дне гладкой ладошки. А, вернув цикаду под язык, она заговорила с ним о прошлой жизни, да так умно и мило, что Ян был настолько восхищен, что уже совершенно не боялся прекрасной покойницы.

Когда наступил рассвет, они попрощались, и Лили предупредила:

– Храните нашу тайну! Не болтайте обо мне ни с кем. Завтра к вам приедет один ваш приятель. Он дурной человек и может все погубить.

И действительно, на следующий день, под вечер, к Яну внезапно прикатил на Феррари его приятель студент МГИМО Санин, богатый бездельник из семьи дипломатов и плейбой. Ему было забавно видеть, в каком ничтожестве оказался его сверстник. Но вдруг он заметил на полу под кроватью веер, который обронила Лили и, схватив прелестную вещицу, стал допытываться – откуда у него дамский веер?

Ян так растерялся находке и соврал в ответ так неудачно, что Санин расхохотался.

– Врешь. Да это вовсе не веер! – напирал бесстыдник. – Смотри.

От грубых тисков веер щелкнул и выпустил из рукояти узкое лезвие.

В ручке слоновой кости скрывался миниатюрный стилет.

Ян опять что-то ляпнул. Но приятель уже ничему не верил.

– А откуда стишки? – наглец схватил со стола тетрадку, куда Лили переписала каллиграфическим почерком ночное стихотворение. Свое начало и окончание, сочиненное Яном.

Ян сослался на вымышленного друга. Но Санин обнаружил подпись – княжна Лили Т.

– Это же девичье имя, – рассмеялся гость, – зачем ты врешь?

Не зная как отговориться, Ян страшно смутился, а допрос нахала становился все настойчивей и наглее. Тогда Ян вообще замолчал, но Санин схватив тетрадь и веер княжны, стал его искусно запугивать и, потеряв голову, прижатый к стене Ян, наконец, признался во всем.