— Как скажете, — скромно хлопнув глазками, я ме-едленно, с повадками завзятой стриптизерши, принялась расстегивать пуговички на платье. Все следили за мной, затаив дыхание. Дойдя до пояса, я резко рванула в стороны ткань, позволяя им полюбоваться небрежно зашитым шрамом.

Они в недоумении уставились на него, после чего один сказал:

— Да, подруга, неудачно тебе аппендицит вырезали…

— Какой такой аппендицит! — возмутилась я. — Глаза разуй! Патологоанатом в морге через этот разрез все внутренности вынул!

Сатанисты скучающе переглянулись.

— Слышь, ты байки хорош травить, раздевайся, раздевайся.

Я недоверчиво посмотрела на них:

— Вы что, покойников совсем не боитесь?

— А чего их бояться? — хохотнул предводитель. — Они люди спокойные, лежат в гробах, никому не мешают.

— Лоренцетти, выходи, — железным тоном велела я, пнув могильный холм.

И земля разверзлась, выталкивая ее на поверхность.

— Доброй ночи, дорогая, — улыбнулась она мне.

— Мальчики хотят поразвлечься, — проинформировала я ее. — Своих шестерых я уже выбрала, остальные твои. Ну а тринадцатый идет на закуску.

— А мне вон тот кудрявенький нравится, — нежно произнесла она, облизываясь.

— Нет уж, он мне самой нравится, — твердо сказала я.

— Ну так в чем дело, подруга? Поделим, — улыбнулась она. — Тебе какую половину — нижнюю или верхнюю?

— Нижнюю, — согласилась я. — Всегда любила окорочка-гриль.

— Иди сюда, сладенький, — хором поманили мы кучерявенького.

Ужас наконец-то плеснулся в их глазах, кто-то даже закричал, и все они не сговариваясь побежали так, что только пятки сверкали.

— Мальчики, вы куда? — кричала им вслед Лариска. — А поразвлечься?

Я же хохотала, стараясь, чтобы это звучало как можно омерзительнее.

— Отличное шоу, девочки, — послышался сзади мужской голос.