Кузнецов возмущенно грохнул кулаком по столу:

- Я ничего не понимаю! Я же жив! Мало того, я - кибер, мое тело никому не нужно!

- Да мы все это понимаем, - мягко сказал Прищепка. - А вот они не понимают. Они, верно, хотят, чтобы мы привезли ваше... э-э-э... тело, чтобы потом передать его по инстанциям, а те уж на месте пусть убеждаются. Денежки-то заплачены, аванс уже пошел...

Йонс печально посмотрел на регбиста и выхватил пистолет.

Кузнецов вцепился в край столика.

Казалось, он готов его перевернуть и броситься в драку, но неожиданно улыбнулся и сказал протяжно:

- Э-э, не-ет! Я вам нужен целый и невредимый. Без дырок в туловище кроме, конечно, естественных. Так что уберите вашу пушку. Сами понимаете, что в рукопашной вам втроем против меня не выстоять, не так ли? А если вы притащите мой простреленный труп, вас не похвалят, не так ли?

Йонс кивнул и убрал пистолет. Он понял, что чертов спортсмен только что сделал их, словно детей. Прищепка тоже спрятал свою пушку, а вот про Молекулу регбист забыл. И напрасно, потому что тот подкрался к нему сзади и обрушил на бритую голову Кузнецова тяжелый деревянный стул.

Регбист завалился вперед, лицом на стол, опрокидывая бутылки с вином и бокалы.

- Скорей! - завопил Прищепка. - Пока у него ступор, вяжите его, вяжите!

Они связали слабо подергивающееся тело Кузнецова собственными ремнями, шнурами от штор, а в довершение всего истратили целый рулон скотча. Подумав немного, Молекула залепил скотчем и рот спортсмена.

- Что теперь? - спросил Йонс, оглядывая потных, ощерившихся соратников.

- Теперь его необходимо культурно умертвить, - развел руками Прищепка.

- Эй, Йонси, он вроде был неплохой парень! - запротестовал Молекула, но Йонс перебил его: