Однажды они сидели на пригорке. Солнце уже Почти зашло, на небе появлялись звезды, сгущающийся мрак таял над крохотной полоской угасающего дня. Она отпустила его руку и указала:

- Космолет.

- Да, - ответил он и взял ее руку,

- Полный людей.

- Думаю, их там не так уж много.

- Грустно.

- Но это же скорее всего то, чего они хотят или хотят хотеть.

- И все равно это грустно.

- Да, Сегодня. Сегодня вечером это грустно.

- А завтра?

- Наверное, тоже.

- А где твое былое восхищение благородным концом, мирным уходом?

- Теперь это не так занимает мои мысли. Есть многое другое.

Они следили, как загораются звезды, пока не сомкнулся мрак, пронизанный смутным сиянием и холодом. И вот:

- Что станется с нами? - сказала она.

- Станется? - повторил он. - Если тебе хорошо так, то ничего менять не надо. А если нет, скажи мне, что не так.

- Ничего, - ответила она. - В этом смысле - вообще ничего. Так, какой-то страх. На душе кошки скребут, как говорится.

- Ну, тогда поскребу и я, - сказал он, поднимая ее словно перышко.

И со смехом унес ее в хижину.

А позже, много позже он вырвался из глубин словно наркотического сна - или его разбудили ее рыдания. Что-то случилось с его чувством времени - казалось, прошло много минут, прежде чем ее образ зарегистрировался, а промежутки между ее рыданиями казались неестественно долгими и растянутыми.

- Что... это? - спросил он, вдруг осознав легкое жжение в бицепсе.