– Увести пардов? – изумился Рудж.– Боевых пардов?

– Охотничьих, а не боевых,– уточнил светлорожденный.– Я, друг Мореход, весь последний год службы выслеживал парней, промышлявших по этой части. И кое-чему научился.

Воровской «арсенал» оказался невелик. Сумка с вяленым мясом, несколько арканов. Напоследок, задрав парде хвост, Данил поелозил под ним холщовыми рукавицами. Парда была возмущена.

– Пойдешь со мной? – спросил светлорожденный.

– А ты рассчитывал повеселиться без меня? – удивился Рудж.

– А вдруг ты, сударь, не желаешь заниматься столь предосудительным делом?

– Угу. А как насчет кодекса воина?

Данил засмеялся.

– Все в порядке. На поединок меня никто не вызывал, если только в Хуриде не считается вызовом травля собаками. А раз так – это война. И все, что в мирное время называется украденным, сейчас – трофей.

– Ну ты законник,– проворчал Рудж.– Будешь платить мне откупное, если хуридский пард отхватит мне руку?

– Если правую – да. Без левой ты вполне сможешь держать кормило. Главное не откуси язык, когда будешь скакать без седла.

– Без седла? – Перспектива кормчему не понравилась. Но он, верный себе, сострил: – Если ты, благородный Данил, отобьешь яйца о пардов хребет, останешься без наследника. Тогда усыновишь меня, идет?

– Обойдешься. Я лучше поймаю того тайского мага и пусть делает мне новые. А вот с тобой как?

– Я – моряк! – гордо ответил Рудж.– У меня есть запасные.

– Спят, как младенцы,– прошептал Рудж.– Даже не выставили часового.

– Они – дома,– отозвался светлорожденный.– И у них собаки.

– Если здешних псов кормят так же, как кормили наших пардов, они сожрут нас живьем,– пробормотал Рудж, разглядывая поджарых, ребра наперечет, собак, устроившихся поближе к костру.