- Надо же, - мимоходом бросил хозяин парню с черной повязкой при входе. - Монах ныне пошел: помыться желают. Ну, хоть деньги платят.
- Вот, брат Мореход, никого-то мы и не заинтересовали, - сказал Данил, когда они уже лежа ли в постелях.
- Утром видно будет, - кормчий покосился на Дверной засов.
Засов был солидный.
Впрочем, и ночью ни их, ни засов никто не потревожил.
Утром северяне позавтракали (за счет заведения), получили своих пардов, накормленных и вычищенных, и беспрепятственно покинули город, не забыв, впрочем, перед воротами надеть монашеские плащи. Оба полагали, что дела обстоят неплохо. Если не считать зарядившего с самого утра дождя.
* * *
В то утро, когда северяне покинули Ширин, Брат-Хранитель Дорманож выехал из ворот Риганского обиталища. Выехал не один - с четырнадцатью верховыми воинствующими монахами и тремя полусотнями солдат-пехотинцев. Подготовить их к походу в столь короткий срок - настоящий подвиг. Но не меньший подвиг - за четыре дня добраться до Кариомера. Впрочем, пойдут налегке - для поклажи Дорманож выпросил у Отца-Настоятеля три собачьи упряжки.
До полудня шли бодро, потом поскучнее. Но ничего. Если Братство поднимает человека из навоза, дает ему в руки копье и делает сторожевым псом, он должен в поте лица своего отрабатывать долг перед Наисвятейшим.
Дорманож развернул парда и проехался от начала к хвосту колонны. Моросящий дождик сеткой висел в воздухе. Солдатские сапоги скользили по подмокшей глине. Если так пойдет дальше, дорогу развезет и Дорманожу придется оставить пехоту и ехать вперед с одними всадниками.
Брат-Хранитель приглядывался в солдатам: не хромает ли кто, натерши ноги? Если обнаружится такой - будет примерно наказан. И сам, и десятник. Ибо тело солдата есть имущество Святого Братства, и кто с небрежением к нему относится - преступник.
Дорманож двинулся к голове колонны, миновал повозки. Его пард презрительно фыркнул.
Известно, парды почему-то недолюбливают упряжных псов. Хотя и не трогают. А вот упряжные на пардов вовсе внимания не обращают, хотя иные тяжеловозы - покрупнее среднего парда. Дорманож слыхал: бурчаданну, у которых пардов маловато, пытались использовать упряжных под седло, да ничего не вышло. Даже боевые псы туповаты, а уж упряжные и вовсе ничего не соображают. Не умнее волов.