В конце концов я перестал жонглировать эфемерным понятиями – а что может быть эфемерней человеческого сознания – и, как подобает ученому, занялся конкретикой. Конкретными телами и конкретными импульсами, которые способна уловить аппаратура. Уловить и записать. Записать и использовать. Тогда и только тогда мне удалось добиться результатов.

Воронов молчал. Воронов наблюдал без всякого выражения, без блеска в глазах. Ну-ну…

– К чему я это говорю, офицер? Просто психологически подготавливаю вас: не нужно так близко к сердцу воспринимать мои опыты над вашими солдатами. Гвардейцы были и остаются рабочим материалом. Раз уж вы сами при жизни делали их своими марионетками, ни к чему прикидываться великим гуманистом теперь. И еще: запомните – не все живое, что движется, не все разумно, что кажется таковым. Сразу станет легче.

Губы офицера чуть скривились:

– Вам бы спичмейкером или пиарщиком работать в кризисных ситуациях: треплетесь много и вроде бы даже по теме, а ничего не понятно.

«Ублюдский солдафон!» – мысленно проорал Фурцев. И любезно улыбнулся собеседнику:

– Итак, начнем?

Капсула уже сомкнулась в единое целое. Сомкнулась плотно – не видать даже щелочки между верхней и нижней половиной. Мертвое тело покоилось внутри. Ждало. Продолжения.

Долго клацала клавиатура – Фурцев набирал сложную комбинацию цифр и символов. Набрал. Из Саркофага донеслось монотонное гудение.

– Идет сканирование материала, – комментировал доктор. – Вкратце напомню суть процесса. После физической смерти человека практически все центры нервной системы длительное время – иногда по нескольку суток – сохраняют активность. Раньше не удавалось даже зафиксировать эти слабые импульсы. Теперь же мы можем не только обнаружить их, но и записать на неопределенно долгий срок.

Специально разработанная программа позволяет заложить в компьютерную память образ виртуального двойника. Не самого покойника, нет, не его угасшего сознания, не отошедшей в мир иной души, не сформировавшейся за годы жизни личности, а двойника умирающей, но пока еще живой нервной системы. Можно сказать, что в электронном виде она будет умирать вечно. И… и никогда не умрет.