Гример отступил, окинул меня критическим взором и сказал:

- Закончено, сэр. Настолько, насколько можно добиться внешнего сходства, работая наспех... А вы сами хотите полюбоваться?

Последняя фраза уже адресовалась мне.

- И сам хочу полюбоваться, - подтвердил я. Маленькое зеркало сообщило: я сделался полностью седым, вроде Мака, и на лице прибавилось морщин.

- Чрезвычайно респектабельная внешность, - сказал гример. - Верно ведь?

Добродушный был субъект, и работал на совесть, но я скривился. Годы брали свое безо всякого художественного вмешательства; мне отнюдь не улыбалось пользоваться услугами театрального специалиста, чтобы в одночасье одряхлеть... Даже внешне.

- Отлично, - выдавил я. - Истинный патриарх...

- Отлично, Артур, - согласился Мак. - Благодарю вас.

Он проследил, как маленький, полный художник собирает кисти, флаконы и коробочки. Проводил гримера долгим взором, подождал, пока закрылась дверь.

- Мистер Сомерсет, - еле заметно улыбнулся Мак, - начнет жаловаться на весьма отдаленное сходство меж вами и Горацием Коди. Поскольку Артур очень умелый гример и очень чувствителен к замечаниям, я не хотел говорить этого при нем.

- Да, сэр.

О моей чувствительности Мак заботился редко. Должно быть, потому, что я отродясь не работал гримером.

- Вы сделаете все, чего потребует мистер Сомерсет, именно таким образом, каким он попросит. С единственной оговоркой... Запомните: нам нужен человек, именующий себя господином Сабадо. Описанием снабдить не могу, ибо сам не знаю, как он выглядит.