Миссис Рокботэм прервала пространные объяснения мисс Уилмот.

— Видите ли, — сказала она, — раз в месяц мы встречаемся у мистера Берринджера, и он нас наставляет — это всегда очень наставительно — касательно форм мышления и тому подобного. Но я полагаю, в этот раз он вряд ли будет в состоянии, и никто из нас не хотел бы… — я хочу сказать, тогда может показаться, что кто-то из нас метит на его место. Но вы, как человек незаинтересованный… И ваша научная работа более или менее связана со способами мышления, насколько я понимаю?

Она остановилась, и Дамарис подтвердила, что это так.

— Я подумала, что если бы вы прочли нам что-нибудь, просто чтобы держать нас в курсе — ну хотя бы истории вопроса, — путано заключила миссис Рокботэм, — мы все будем вам премного благодарны.

— Но, — сказала Дамарис, — если мистер Берринджер… не в состоянии, почему бы не перенести собрание?

— Нет, я не хочу этого делать, — решительно заявила миссис Рокботэм. — Это было бы очень неудобно, к тому же предупредить всех сегодня до девяти вечера просто не получится — некоторые далеко живут…

— Можно дать телеграмму, — предложила Дамарис.

— А во-вторых, — гнула свое миссис Рокботэм, — я не думаю, что мистер Берринджер хотел бы, чтобы мы считали, будто все это зависит только от него. Он всегда настаивает на личных усилиях. В таких обстоятельствах мы должны найти кого-то другого.

— А где вы собираетесь? — спросила Дамарис. Ей не хотелось обижать миссис Рокботэм, которая, будучи всего лишь женой врача, имела довольно влиятельных родственников.